12. Систематизация знания и учение о причинах бытия вещей в философии Аристотеля. Этика Аристотеля

Аристотель — величайший древнегреческий философ и ученый-энциклопедист ( 384-322 гг. до н.э.). Родина Аристотеля — полис Стагира (Македония) на северо-западном побережье Эгейского моря, рядом с Македонией. Отец Аристотеля Никомах — был придворным врачом македонского царя Аминты II, а сам Аристотель — сверстником его сына, будущего македонского царя Филиппа II. Позже Аристотель был приглашен Филиппом на роль воспитателя своего сына — тринадцатилетнего Александра. И хотя воспитание продолжалось около четырех лет, отношения между учителем и учеником не стали дружескими. И как только Александр стал царем Македонии, он постарался освободиться от учителя, тем более что Аристотель не одобрил его завоевательную политику. Впоследствии Александр Македонский все-таки скажет: «Я чту Аристотеля наравне со своим отцом, так как если отцу я обязан жизнью, то Аристотелю тем, что дает ей цену». Из этих слов, также как и из самой жизни великого завоевателя видно, что Аристотель, в отличие от Платона, не пытался сделать из Александра философа. Но Александр чтил своего учителя и помогал ему. Так, рассказывают, что Александр Македонский вручил Аристотелю сумму в 800000 талантов, что была по тем временам огромная сумма, и отдал в полное его распоряжение несколько тысяч человек для поиска и описания образцов животных. Так ли это было на самом деле или нет, сказать невозможно.

В молодости, по словам очевидцев, Аристотель был невзрачного вида, имел худые ноги, маленькие глаза, был шепеляв, но, тем не менее, хотел отличаться от окружающих людей: любил одеваться, носил по несколько дорогих перстней и делал необычную прическу. Любил носить свисающую на лоб челку и короткую бородку. Воспитываясь в семье врача — сам занимался медециной, но проффесиональным врачем не стал. В 364 году до н.э. Аристотель встречается с Платоном. Их отношения, продолжались в течение 17 лет вплоть до самой смерти Платона, которого Аристотель высоко ценил.

Наследие Аристотеля велико. Он — создатель самой обширной научной системы, опирающейся на значительный эмпирический материал. В Ликее были написаны собственные произведения Аристотеля, а кроме того, созданы коллективные труды, выполненные под его руководством. Его деятельность была большим вкладом практически во все области античной науки, кроме того, были созданы новые научные направления. Вместе с учениками он систематизировал науки, определял их предмет и методы, написал более 150 научных трудов и трактатов. В 1 в. н.э., в большинстве своем, они были собраны, классифицированы и изданы последователем Аристотелевой философии Андроником Родосским.

Сохранившиеся произведения Аристотеля можно разделить на несколько тематических групп: физические, философские, логические, этические, политико-экономические и другие. До сих пор существует вопрос о хронологической последовательности трудов Аристотеля.

К первой группе относятся работы, которые Аристотель определяет как первую философию. В них он излагает наиболее существенные вопросы онтологического характера. Андроник Родосский объединил их в один трактат, который был назван «Метафизика», хотя сам Аристотель никогда не называл так свою первую философию. Название это возникло совершенно случайно. Оно определилось тем, что в издании произведений Аристотеля эти труды следовали сразу за трудами, которые были посвящены вопросам естественных наук, т.е. за физикой. Эта книга сложена из разных частей, которые далеко не всегда расположены в порядке их написания. В ней много повторов, неясностей, противоречий. Тем не менее, «Метафизика» — главное философское произведение Аристотеля.

Вторую группу его работ представляют труды, посвященные природе и естественным наукам: «Физика», «О небе», «О возникновении и гибели», «Метеорология» и др.

Логика изложена Аристотелем в трактатах: «Первая аналитика», «Вторая аналитика», «Топика», «Опровержение софизмов», «Категории», «Об истолковании», «О софистических доказательствах». Позднее эти сочинения были объединены под общим названием «Органон» («Орудие»).

Проблемам этики посвящаются три сочинения Аристотеля: «Никомахова этика», «Эвдемова этика», «Большая этика».

Весьма обширную группу представляют работы, посвященные социальным, политическим, эстетическим и другим проблемам.

Аристотель понимает, что в основе познания лежит сравнение вещей друг с другом, каждая вещь обозначается по отношению к каждой, как то же самое, либо другое. Поэтому следует найти основные роды различий, которые и будут началами бытия. «Так что, сколько есть видов единого,- заключает свою мысль Аристотель, — столько же и видов сущего, и одна и та же по роду наука исследует их суть, я имею в виду, например, исследование тождественного, сходного и другого такого рода, причем почти все противоположности сводятся к этому началу…».

Для Аристотеля совершенно очевидно, что сущее, сущность, противоположность, надлежит объяснять одной науке — первой философии. Она должна познать и суть единого, тождественного, сходного, равного и тому подобного, а также противолежащего им. При этом различие Аристотель понимает как конкретное различие, а именно так, что различное «различается от чего-то в чем-то определенном, так что необходимо должно быть нечто тождественное, в чем различаемые вещи различаются между собой». Причем, как о тождественном, сходном, так и о различном Аристотель говорит в нескольких значениях, поскольку из-за бесконечного многообразия отношений тождества и различия ему не всегда удается однозначно конкретизировать их. Что же касается современных философов, то в отношении данного вопроса, они не знают даже того, что было известно и понятно Аристотелю.

Так, например, тождественным философ называет то, материя чего одна и сущность чего одна. Поэтому тождество определяется им как «некоторого рода единство бытия либо вещей числом более чем одна, либо одной, когда ее рассматривают как нечто большее, чем одна (например, когда о ней говорят, что она тождественна самой себе, ибо в этом случае ее рассматривают как две). А «иными», или «инаковыми», — продолжает Аристотель, — называются вещи, если их формы, или их материя, или определение их сущности составляют нечто большее, чем одно; и вообще об инаковом говорится в смыслах, противоположных смыслам тождественного.

Различными называются :

(1) вещи, которые, будучи инаковыми, в некотором отношении тождественны друг другу, но только не по числу, а или по виду, или по роду, или по соотношению;

(2) те, род которых неодинаковый, а также противоположности и те вещи, в сущности которых заключена инаковость. Сходным называется то, что испытвает совершенно одно и то же, а также то, что испытывает больше одинаковое, чем разное, как равно и то, что имеет одинаковое качество».

В отличие от Сократа и Платона, Аристотель не пытается исключить из своего поля зрения сравнительные понятия, использование которых приводит к появлению относительности в познании бытия. Напротив, систематизируя различия, Аристотель многократно возвращается к осмыслению четырех видов противолежания: противоречащему, противоположному, соотнесенному, лишенности и обладанию, а также к последнему «откуда» и к последнему «куда», которые обусловлены разного рода возникновением и уничтожением. Фактически, мы уже с ними были знакомы, когда изучали ранних греческих философов. Но в отличие от Аристотеля эти отношения мы называли не видами противолежания, а сравнительными понятиями.

Прежде всего, Аристотель отмечает коренное различие между противоречащим и противоположным, поскольку у противоречия нет ничего промежуточного, тогда как между противоположностями оно обязательно существует, ибо противоположности представляют собой избыток и недостаток того или иного субстрата относительно промежуточного. Они тождественны по роду, но различны по виду. Причем и промежуточное принадлежит к тому же роду, что и противоположности.

Продолжая классифицировать различия, Аристотель, выделяет «соотнесенное», как такое отношение, о котором говорят, «что то, что оно есть, оно есть в связи с другим». В «Категориях» философ отмечает обоюдность и субстанциальное тождество соотнесенного, так как под большим, например, понимается «большее по отношению к меньшему, а под меньшим — меньшее по отношению к большему», «под рабом подразумевается раб господина, а под господином — господин раба». Поэтому соотнесенные между собой стороны всегда находятся вместе, а также в случае необходимости и устраняются вместе. Ведь если нет господина, то, естественно, нет и раба.

Сравнивая соотнесенное с противоположным, Аристотель убеждается в том, что по определению эти два рода противопоставления отличаются друг от друга. Так, если противоположности рассматриваются как избыток и недостаток относительно промежуточного, то соотнесенное имеет смысл только по отношению друг к другу.

Последний признак характерен также и для четвертого вида противолежания — «лишенности и обладания», которые противостоят друг другу отсутствием и наличием одного и того же свойства. Например, как слепота противостоит зрению. Но поскольку между ними Аристотель не сумел выявить числового отношения, он допустил, что они не противолежат друг другу как соотнесенное. Не являются они и противоположностями, «так как между ними нет ничего промежуточного». Причем, если противоположности при определенных условиях переходят друг в друга, то в отношении лишенности и обладания такой «переход друг в друга невозможен».

Нам же представляется, что лишенность и обладание — это предельный случай соотнесенного, когда друг другу противостоят максимальное и минимальное, т.е. нулевое значение соотносящихся сторон. Кроме того, все три вида противолежания: соотнесенное, лишенность и обладание, противоположное — могут быть одного и того же рода, поэтому они не отделены друг от друга непроходимыми преградами. В связи с чем, каждый из них может быть описан через каждый другой.

Наконец, Аристотель сравнивает эти три вида противолежания с «противоречащим» и убеждает своих читателей в том, что «утверждение и отрицание, явно не противолежат ни одним из указанных выше способов, ибо всегда только одно из них необходимо истинно, другое ложно. В самом деле, ни при противоположностях, ни при соотнесенном, ни при лишенности и обладании свойством не необходимо, чтобы одно всегда было истинно, другое — ложно».

В этой связи становится очевидным, что понятие тождества и различия Аристотель не мог отнести к разряду категорий, которые являются не сравнительными, а классификационными понятиями. Причем, отношение тождества Аристотель не мог отнести и к видам различия, т.к. абсолютно тождественные стороны не находятся между собой в состоянии какого-либо противолежания. Это объясняет тот факт, что такая исходная категория мышления как тождество, не получила своего места ни в системе аристотелевских категорий, ни в системе видов противолежания.

Проведенный нами разбор используемых Аристотелем сравнительных понятий убеждает нас в том, что и Аристотель и некоторые из его предшественников признавали виды противолежания в качестве начал бытия, а поскольку речь идет об активных началах, постольку они должны быть первыми среди всех других причин. Так, во второй главе четвертой книги «Метафизика» Аристотель говорит о том, что «все признают началами противоположности». Поэтому исследование сущего как такового надо начинать с них. И наконец в заключительной, четырнадцатой книге «Метафизики», говоря о вечных и неизменных сущностях и их началах, Аристотель снова говорит: «Все однако, считают начала противоположностями…», поскольку «все возникает из противоположностей как некоего субстрата, значит, скорее всего, субстрат должен быть присущь противоположностям». Заметим, не противоположности присущи субстрату, а наоборот, субстрат присущ противоположностям. Из этого следует, что противоположности как некая сущность, форма первичнее субстрата — привходящего, ибо именно она структурирует мир. Но далее по тексту Аристотель противоречит сам себе, утверждая, что поскольку сущности ничего не противоположно, постольку ни одна противоположность не есть начало в собственном смысле слова, а нечто другое есть такое начало.

В другом месте «Метафизики» Аристотель излагает четыре высшие причины любой вещи или первоначала. Одной такой причиной он считает сущность или суть бытия вещи. Другой причиной он считает материю или субстрат. Третье первоначало или причина касается движения. Четвертое первоначало подразумевает цель движения — специфическую категорию, которая не есть ни её форма, ни её материя, ни её причина. Поэтому каждая вещь представляет собой единство материи, формы, действующей причины и определенной целесообразности, то есть каждая вещь есть овеществленная форма с причинно-целевым назначением.

Все четыре причины вечны. Но если материальная причина несводима к другим причинам, то все оставшиеся — могут быть сведены к одной. Поэтому причины распадаются как бы на две: на материю и формально-целевое движение и вторую причину, которой согласно Аристотелю, оказывается бог.

Основная мысль Аристотеля заключается в том, что любое соотнесенное, подчиняющееся логическому закону противоречия, может быть преобразовано в отношение противоположных тенденций, если будет найдена соответствующая середина. У философа речь идет двух видах «середины»: объективной середине, которая проявляется в вещах таким образом, что она равно удалена от краев, «причем эта (середина) одна и для всех одинаковая» и субъективной середине, которая проявляется по отношению к каждому конкретному человеку «и такая середина не одна и не одинакова для всех».

Свою этику Аристотель основывает на делении человеческой души на неразумную и разумную ее части. Неразумная часть разделяется на растительную и страстную, тогда как разумная часть души, в свою очередь, распадается на рассудок и разум. Но если растительной части души, не свойственны ни добродетели, ни пороки, то страстной и разумной части души они присущи в полной мере.

Добродетели Аристотель разделяет на две группы: этические и дианоэтические. Первые относятся к характеру человека. Это добродетели поведения, нрава. Дианоэтические добродетели — мудрость, разумность, благоразумие. Они относятся прежде всего, к интеллектуальной и умственной деятельности. Аристотель считает, что этические и дианоэтические добродетели не даны человеку от природы, дана лишь возможность их приобретения: первых — путем воспитания, вторых — путем обучения. Поэтому «всякий в известном отношении виновник собственного характера».

Большое значение придает Аристотель практичности, которая тесно связана с экономикой, политикой, законодательством. Она «лишена покоя, стремится всегда к известной цели и желательна не ради ее самой». Вместе с тем, Аристотель замечает, что практическая деятельность как дианоэтическая добродетель относится к низшей части разумной души, а посему сама является низшим видом добродетели. И похвальна она лишь при хороших целях. В противном случае практический человек представляет для общества большую опасность.

Однако выше практичности Аристотель ставит мудрость как добродетель теоретической части разумной души, которая направлена на созерцание вечных и неизменных принципов бытия. Аристотель преклоняется перед чисто созерцательной деятельностью, характерной для античной философии и теоретической науки которую он определяет как «схватывание общего и того, что существует по необходимости».

Гарантию добродетельной жизни Аристотель видел в умеренности, и в уклонении от крайностей. Поэтому этические добродетели он определяет как «середину двух пороков», определяемых избытком и недостатком страстей. Человек этически добродетелен в той мере, в какой разумная часть души овладевает аффектами и вносит в них меру.

i-po.ru » Шпаргалки для студента » Шпоры по философии версия №1
Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *